Мария Громыко, 2-я гимназия

Однажды в их дом попала бомба

Сквозь вуаль прозрачных прошлых лет
Память возвращает нам родные лица.
Будем помнить их, хранить их свет,
Будем их историей гордиться.

Нужно ли помнить? Узнавать? Спрашивать? Писать?

Войне посвящено много книг, о ней снято много фильмов, но главное – это память живущих рядом с нами, память наших бабушек и дедушек, наша память. «Никто не забыт, ничто не забыто». О войне помнят люди, и помнит наш город.

Блокада Ленинграда – одна из самых печальных страниц Великой Отечественной войны. Война была давно, и, кажется, что город полностью восстановлен, что нет уже ее следов. Но присмотритесь внимательнее. Объявление на Невском проспекте об опасности при артобстреле на этой стороне улицы, выбоины от снарядов на колоннах Исаакиевского собора… Дом, в котором я живу, называют «Дом-сказка», по старой привычке. До войны на его месте было здание необычайной красоты, которые все так именовали. Но зимой 1942 года в дом попала бомба. Обессиленные жители не могли потушить начавшийся пожар, и дом сгорел, осталась только внутренняя его часть.

Нет, город не забыл, он хранит отметины той страшной войны. Отметины оставлены и в сердцах людей, для которых блокадные дни – история их собственной жизни.

Обе мои бабушки, Громыко (Носова) Галина Михайловна и Пашаева (Андреева) Вера Александровна, пережили блокаду Ленинграда. Бабушке Вере, когда началась война, было шестнадцать лет. Она жила с семьей в Лигово, пригороде Ленинграда. Бабушка с родителями, маленьким братом и сестрой были вынуждены бросить свой дом и бежать, чтобы спастись у родственников, живущих в центре города. Отец с матерью шли впереди с вещами, дети немного отставали. Вдруг начался артобстрел, и на глазах моей бабушки в ее родителей попала бомба. В один миг дети лишились всего: родители погибли, вещи и продовольственные карточки были уничтожены. На руках молодой шестнадцатилетней девушки остались брат с сестрой, одиннадцати и трех лет. Они пережили все муки блокады – голод, холод, страх бомбежек. Сестричка бабушки, моя тетя Мила, дважды была на грани смерти из-за ужасной дистрофии, но выжила. Бабушкин брат в блокаду потерялся, скитался по детским домам, был тяжело контужен, отчего на всю жизнь частично потерял слух, но, к счастью, остался жив и встретился с сестрами после войны. Они боролись с блокадой и победили ее, потому что верили, что все будет хорошо, знали, что будут вместе. Бабушка не может рассказывать подробности того времени. Каждый раз, начиная говорить об этом, она плачет.

Моя вторая бабушка, бабушка Галя, тоже жила со своими мамой, папой и тремя сестрами в Ленинграде. Все эти девятьсот горьких дней блокады они оставались в городе. Они жили на Лиговке. Недалеко находились оружейные и продовольственные склады, поэтому немцы особенно сильно обстреливали этот район. Однажды в их дом попала бомба. Все сидели в комнате, а бабушкина четырнадцатилетняя сестренка Ирочка пошла на кухню. Бомба прошила все кухни сверху донизу, и эта часть дома разрушилась. Бабушка рассказывает, что они долго искали Ирочку, молились о ее спасении. Разбирать завалы было некому: мужчины ушли на фронт, а у ослабевших женщин и детей не было сил. Так сестра и осталась в их памяти четырнадцатилетней Ирочкой.

Война унесла многих родных и близких. Но мои бабушки не сдавались, они, несмотря на голод и холод, трудились. Бабушка Вера работала воспитательницей в детском доме, а бабушка Галя тушила немецкие «зажигалки», рыла окопы. Война многих заставила повзрослеть раньше времени. Мне сейчас шестнадцать, и, когда я невольно представляю себя на месте бабушек, мне становится страшно. Как можно было вынести этот ужас? Откуда брались силы?

Прошло уже столько лет, но они помнят, помнят все до мельчайшей подробности, потому что этого не забыть. Каждый блокадный эпизод – страничка из истории спасенного города, каждый маленький подвиг – подвиг во имя города и страны.

Город выжил благодаря ленинградцам. Мы живем благодаря нашим бабушкам и дедушкам.

В городе много памятников, посвященных победе в Великой Отечественной войне и блокаде Ленинграда. Это хорошо, город помнит. Но главное, как я считаю, чтобы каждая семья хранила память о своих близких, которые сохранили для нас мир. Мы должны быть достойны их памяти. Нельзя об этом забывать!
Блокадников осталось немного, все больше уходит из жизни тех, кто защищал Ленинград. Очень хочется, чтобы о них вспоминали не только в памятные дни. О пережитом им тяжело говорить, но наша задача – спрашивать, интересоваться, писать и помнить.

Я очень люблю своих бабушек и горжусь ими.